Алиса - Армия жизни
original  russian |
transcription russian Armija žizni |
| Подворотни растили их Чердаки заменили им дом Каждый из них ненавидел крыс Каждый из них был котом |
Podvorotni rastili ih Čerdaki zamenili im dom Každyj iz nih nenavidel krys Každyj iz nih byl kotom |
| В новых районах большого города Война... это закон Каждый из них знал свое место Когда вставал район на район |
V novyh rajonah bol'šogo goroda Vojna... eto zakon Každyj iz nih znal svoje mesto Kogda vstaval rajon na rajon |
| Им пели сладкие песни Каждым словом умножая ложь Но когда слова пахнут блевотиной В дело вступает нож |
Im peli sladkije pesni Každym slovom umnožaja lož' No kogda slova pahnut blevotinoj V delo vstupajet nož |
| Уличный цирк в рабочем квартале Это ли не поле чудес? Каждый из них был далеко не ангел В каждом из них жил бес |
Uličnyj cirk v rabočem kvartale Eto li ne pole čudes? Každyj iz nih byl daleko ne angel V každom iz nih žil bes |
| Армия жизни ― дети могил Армия жизни ― сыновья помоек и обоссанных стен Армия жизни ― солдаты дна Армия жизни помнит о том, что на Земле никогда Не прекращалась война Война |
Armija žizni ― deti mogil Armija žizni ― synov'ja pomojek i obossannyh sten Armija žizni ― soldaty dna Armija žizni pomnit o tom, čto na Zemle nikogda Ne prekrasšalas' vojna Vojna |
| Фонари под глазами черных окраин Заштриховали их день Каждая помойка им была баррикадой Каждая витрина - мишень |
Fonari pod glazami černyh okrain Zaštrihovali ih den' Každaja pomojka im byla barrikadoj Každaja vitrina - mišen' |
| В кодексе чести любой подворотни Нет места слову "любовь" Если каждый станет о любви слагать песни Кто за любовь прольет кровь? |
V kodekse česti ljuboj podvorotni Net mesta slovu "ljubov'" Jesli každyj stanet o ljubvi slagat' pesni Kto za ljubov' prol'jet krov'? |
| Им так не хватало солнца Но ночь была с ними на "ты" Вы их называли "шпаной" Они вас называли "менты" |
Im tak ne hvatalo solnca No noč' byla s nimi na "ty" Vy ih nazyvali "španoj" Oni vas nazyvali "menty" |
| Сытый голодному не товарищ Это аксиома, верь не верь Каждый из них был постоянно голоден В каждом из них пел зверь |
Sytyj golodnomu ne tovarisš Eto aksioma, ver' ne ver' Každyj iz nih byl postojanno goloden V každom iz nih pel zver' |
|
|